В воскресенье перед праздником Рождества Христова Церковь вспоминает святых отец — тех, от чьих родословных корвей произошла по плоти Пречистая Дева Мария и Сам обетованный Мессия, Господь наш Иисус Христос. Сегодня мы чтим ветхозаветных праведников, которые были предками Иисуса Христа по плоти (Мф. 1:1–25; Лк. 3:23–37).

И в этот же день мы чтим память вмц. Анастасии Узорешительницы, избранной Богом для особого служения — утешать и избавлять от уз заключенных, страждущих в темницах. Это совпадение — Промысл Божий, обращающий наш взор к отцам, которые в наше время подчас оказываются в узах несправедливых обвинений и арестов.

Перечисление имен в Евангелии — «Авраам роди Исаака, Исаак роди Иакова, Иаков роди Иуду и братьев его…» (Мф. 1:2) — не просто историческая справка, а, в том числе, торжественное свидетельство о Божественном значении отцовства и преемственности поколений от отца к детям. Бог вошел в историю через череду отцов и матерей, через конкретные народ, род, семью, через вековое послушание детей их отцам, дедам и прадедам. Он Собой освятил эту цепь, это древо, где каждый отец — звено, передающее благословение, веру, обетование о Спасителе следующему поколению.

И в ближайший по Рождестве воскресный день мы славим прав. Иосифа Обручника — человека, который не был по плоти отцом Богочеловеку, но стал для Него образом отца земного, защитником, кормильцем и наставником. Его отеческая любовь, его послушание Богу, его молчаливое мужество — это высочайший идеал отцовского служения, явленный нам Самим Промыслом Божиим. То есть удивительный праздник Рождества Христова, когда мы вспоминаем событие рождения Сына Божиего, ставшего Сыном человеческим, как символической охраной и защитой, с обеих сторон окружен воскресными днями с чествованием памяти отцов.

С болью и ответственностью должны мы осознать, что сегодня один из ключевых участков фронта в духовной брани, которую ведет диавол против человечества, — это именно отцовство. Он хорошо знает слова Божии: «Почитай отца твоего и матерь твою, да благо ти будет, и да долголетен будеши на земли». Он знает, что благословение и крепость народа — в крепких семействах, где глава семейства — отец — живой образ нашего Небесного Отца, защитник, священник домашней церкви, мост между небесной и земной иерархией, а также мост между человеческими поколениями.

С самого начала Бог открывает Себя не как безличную энергию, а как Отец. Он — Отец, творящий мир, Отец, вступающий в Завет с Авраамом, отцом всех верующих. Вся Священная история — это история отцов и сынов. Декалог Моисея в центре своем имеет заповедь: «Чти отца твоего и матерь твою» — и это не правило этикета, а краеугольный камень всего общественного и духовного здания. Пророки обличают народ, когда в нем «отвращены сердца детей от отцов их» (Мал. 4:6). Наконец, в самой сердцевине нашего спасения — Бог Отец посылает в мир Сына Своего Единородного, а Сын послушен Отцу даже до смерти крестной. И Сам Христос заповедует нам обращаться к Богу: «Отче наш…».

Отцовство — не биологическая или социальная случайность. Это онтологическая, сущностная категория, отражение в тварном мире Самого образа Божия. Отец земной призван быть живой иконой Отца Небесного: источником авторитета, основанного на любви; началом власти, направленной к благу; звеном, передающим благословение, веру и традицию. Поэтому диавол, ненавидящий всякий богоданный порядок, с особой яростью обрушивается именно на этот образ. Если удастся дискредитировать, осмеять, разрушить отцовство земное, то в душах людей помрачится и образ Отца Небесного. Это — стратегическая цель.

Тяжкая язва времени — системное поругание отцовства. Шокирующая духовная аномалия нашего века: в Священном Писании отцовству (небесному и земному) и отеческому служению уделено колоссальное внимание, а в современном мире ему отведена роль маргинальной, второстепенной, а то и враждебной силы. Почему так? Не потому ли, что мы наблюдаем не случайный «перекос», а результат к сожалению успешной операции врага на духовном фронте?

Разрушение Богом установленной иерархии, авторитетов — отца в семье, педагога в школе, священнослужителя в церковном сообществе, представителя государственной власти в обществе — не «естественный процесс», а прямое следствие целенаправленных действий духа беззакония и его земных приспешников. Это духовная диверсия. Либеральный гуманизм, богоборческий феминизм, растлительная ЛГБТ-пропаганда, ювенальная юстиция — все эти явления суть не отдельные «течения мысли». Это единый фронт адских сил, тактика которого описана еще у пророка Исаии: «Горе тем, которые зло называют добром, и добро — злом, тьму почитают светом, и свет — тьмою…» (Ис. 5:20). Они называют святое отцовское служение «токсичной маскулинностью», а разврат и вседозволенность — «свободой». Они объявляют естественную иерархию «угнетением», а анархию и бунт против отца — «правом личности».

Сегодня нам приходится говорить о проблеме, которая превратилась в общенациональный вызов, угрожающий национальной безопасности Отечества. Речь — о системном, целенаправленном вытеснении отца из семьи, о правовом и социальном обесценивании его роли, которое принимает характер национальной катастрофы. Видимая часть этого айсберга — это судебное беззаконие, криминализация родительских споров, разжигание семейных войн, дискредитация образа отца в современном кинематографе. Но подводная, невидимая часть, — полномасштабная духовная брань против самого принципа отцовства как богоустановленного чина. Дьявол, будучи лжецом и отцом лжи (Ин. 8:44), не может творить, он может лишь извращать и разрушать. Не имея возможности уничтожить отцовство как факт, он стремится извратить его смысл: сделать отца не духовным главой, не наставником в вере, а второсортным «родителем №2», потенциальным «абьюзером», преступником, от которого надо охранять детей.

Разводы стали стабильно превышать число зарегистрированных браков. При разводе судьи, видимо сами обиженные за что-то на жизнь и на Бога, определяют почти всех детей в стране жить с матерями, а отцам, в лучшем случае, «с барского плеча» установят какой-нибудь «порядок и график общения» с детьми. Эти графики исключают христианское воспитание детей и обрекают их на отчуждение от собственных отцов. Вне этих графиков отцов не пускают в детские сады, в школы, а ведь нередко это вообще последняя для отца возможность хотя бы увидеть собственное чадо!

В результате сегодня около 40% детей (12 млн.) растут в неполных — материнских — семьях. Психологические и социальные последствия этой практики катастрофичны. Дети из конфликтно разведенных семей, особенно подверженные индуцированному отчуждению от отца, в разы чаще страдают депрессиями, тревожными расстройствами, психосоматическими заболеваниями. Риск суицидальных мыслей у них повышается в 3-5 раз. Мальчики лишаются образца мужского поведения, девочки — здоровой модели отношений с мужчинами.

Но последствия выходят далеко за рамки индивидуальных трагедий. Дети, отчужденные от отцов, теряют связь не только с ними, но и со всей родней по отцовской линии — с дедушками, бабушками, теряют родовую память и историю семьи. Это прямая дорога к разобщению, к потере общих корней и смыслов. Это прямо противоположно тому, о чем молился Спаситель в ночь перед Голгофой: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, — да уверует мир, что Ты послал Меня» (Ин. 17:21).

Нынешняя правоприменительная практика, формируемая судами, есть механизм разжигания «семейных войн». Состязательный судебный гражданский процесс вынуждает родителей доказывать, кто из них лучше/хуже, «поливать друг друга грязью», вовлекая в эту борьбу детей. Все это в корне противоречит евангельскому духу. Государство в лице отдельных своих органов и должностных лиц, вместо того, чтобы быть по-христиански миротворцем, становится активным участником родительских конфликтов, усугубляя их, и поддерживая одного из родителей в ущерб второму, в ущерб детям и будущему всего нашего народа.

По примеру стран постхристианского Запада в стране стал раскручиваться маховик «конвейера» по криминализации отцовства, по превращению любого мужчины, желающего оставаться после развода отцом своих детей, в преступника. Возбуждаются уголовные дела в отношении отцов по надуманным основаниям — убийство (при живом ребенке), похищение человека (при том что родитель не может похитить собственного ребенка) или самоуправство (при том, что эта статья вообще не применима к семейным отношениям).

Последние годы стала формироваться судебная практика ограничения отцов в родительских правах и лишения родительских прав с абсурдным основанием – когда ребенок, очевидно настроенный взрослыми, проживая в условиях изоляции от отца после конфликтного развода родителей, начинает уклоняться от контактов с ним, «бояться» собственного отца и других родственников с отцовской стороны, в связи с чем, по мнению ряда судей, отца надо ограничить в родительских правах или полностью лишить их, якобы «чтобы не травмировать ребенка». И уже совсем никто не вспоминает о дедушках и бабушках со стороны отцов, которые миллионами уходят в вечность, не попрощавшись с внуками и внучками, не дав им своего благословения и не получив от них последнего целования.

Весь этот прессинг со стороны бездушных чиновников и общественного мнения, эту перспективу быть навсегда вычеркнутым из жизни своих детей многие отцы не выдерживают, срываются и скоропостижно или — совершая непоправимый выбор — самовольно, уходят в вечность. Где же голоса христиан, вопиющие об этой немыслимой для христианского общества ситуации?

Мы видим планомерную войну против отца как такового. Его вытеснили из воспитания, сделав его роль второстепенной. Затем через лженаучные концепции и лживые социальные идеи и продукты культуры фактически объявили «устаревшим институтом», потенциальным агрессором, не заслуживающим даже презумпции невиновности.

И плоды этой брани горьки и смертоносны. Разрывается цепь поколений. Дети, лишенные отцовского наставления, вразумления, благословения, авторитета, любви — неизбежно, больше или меньше, теряют жизненные ориентиры. В их сердцах пустота, которую заполняют болезни души: депрессия, отчаяние, потеря смысла, зависимости, бегство от реальности в алкоголь, наркотики, игры, виртуальные миры. Размывается идентичность: кто я, какого я рода-племени? Разрушается механизм передачи веры, потому что вера издревле передавалась (и это подтверждают современные научные исследования) именно от отца к детям. Разрушается и гражданская крепость, ибо патриотизм, любовь к большому Отечеству рождается из любви и уважения к отцу земному.

Диавол бьет точно в цель. Нет отца — нет полноценной передачи традиции. Нет передачи традиции — человек становится легко управляем, лишен корней, подвержен любым греховным веяниям, деструктивным идеям. Это духовная диверсия, цель которой — сделать нас народом-сиротой, наполнить нацию манкуртами, родства не помнящими, оторвать от прошлого, а значит, лишить будущего. Не только временного, земного, но и вечного блаженства в Царстве Божием.

Пророк Исаия предупреждает от лица Всевышнего: «Горе тем, которые постановляют несправедливые законы и пишут жестокие решения, чтобы устранить бедных от правосудия и похитить права у малых на Моем народе…» (Ис. 10:1-2). Что же это, как не прямое описание судебной практики, постановляющей «жестокие решения», которые «похищают права» у отцов и их детей, лишая их друг друга? Система, создающая такую правовую реальность, уже не просто ошибается — она навлекает на себя грозное «горе» — проклятие.

А книга Притчей Соломоновых изрекает приговор, от которого должен содрогнуться всякий судья, следователь или прокурор, подписывающий обвинение против невинного отца: «Оправдывающий нечестивого и обвиняющий праведного — оба мерзость пред Господом» (Притч. 17:15). Задумайтесь: «МЕРЗОСТЬ»! Так оценивает Бог ситуацию, когда отца, который ищет свое чадо и исполняет отцовский долг, — обвиняют в убийстве, похищении или самоуправстве, из вращая сам смысл правосудия. Вся эта машина, работающая на отчуждение отцов, на их изоляцию от собственных детей, в очах Божиих есть действительно великая мерзость. Господь взыщет за такие судебные решения и такие уголовные дела, попирающие Богом установленное отцовское достоинство. Вспомните притчу о неправедном судье, который «Бога не боялся и людей не стыдился» (Лук. 18:2). Страшно стать таким судьей! Ибо за этим последует день расплаты, «день посещения» (Мих. 7:4)!

Когда мы видим, как следователь, прокурор или судья сочиняют очередному отцу обвинение в «убийстве», «похищении человека», «самоуправстве», которых не было, или как судья и орган опеки отказывают отцу в праве воспитывать своих детей, — мы должны видеть за этим не просто человеческую глупость или коррупцию. Мы должны видеть рукотворное исполнение сатанинской стратегии. Эти люди, часто того не сознавая, становятся пешками, «приспешниками» в великой войне по расчеловечиванию человека, по уничтожению образа Божия в роде человеческом, по размыванию традиционных российских духовно-нравственных ценностей, разрушению русской цивилизации.

Мы, христиане, обязаны обличать ложь и клевету против отцов, где бы они ни звучали — в суде, в СМИ, в соцсетях, в кинофильмах. Мы обязаны восстанавливать в обществе страх Божий и уважение к иерархии, начиная с богоугодной семейной иерархии — патриархальной.

Во-первых, мы должны как Церковь, как народ Божий, ясно и громко засвидетельствовать святость и богоустановленность отцовства. Восстановить в общественном сознании образ отца не как «родителя №2», а как защитника, кормильца, молитвенника, носителя ответственности и благословения.

Во-вторых, мы должны свои сердца, не медля, обратить к своим отцам и делам, испросит у них прощения за свое отношение к ним, как к второстепенным членам наших семей. За свою непростительность к ним, холодность, жестокосердие, за то, что раскрывали, возможно, их слабости и ошибки перед другими людьми, обсуждали, осуждали их, стали в отношениях с отцом наследниками Хама. За то, что подавали дурной, соблазнительный пример своим детям и внукам в отношениях с мужем, отцом, дедом.

В-третьих, мы должны защищать отцов в наших общинах, коллективах. Поддерживать тех, кто оказался в несправедливой ситуации, ободрять их, помогать им молитвой и советом, напоминать, что их отеческое служение — это крест и подвиг, угодный Богу.

В-четвертых, самим отцам нужно с особым усердием воспитывать в себе те добродетели, которые явил праведный Иосиф Обручник: мужество — чтобы противостоять духу века сего; смирение и послушание Богу — чтобы во всем искать Его волю; верность и чистоту; молчаливое терпение в скорбях. Наша задача — не просто дать детям материальное, но быть для них живой иконой Отчей любви, через которую они смогут постигнуть любовь Отца Небесного.

Современный мир воюет с отцовством, потому что он воюет с Отцом Небесным. И на этом участке фронта не может быть перемирия, компромисса или «диалога». Только твердая вера, мужественное исповедание и активное сопротивление духу века сего. В эти предрождественские дни, готовясь встретить Младенца Христа, давайте вспомним, что Он пришел в мир, чтобы восстановить все поврежденное грехом. И одно из самых страшных повреждений сегодня — это разрушенная связь поколений, попранное отцовство.

Да укрепит Господь всех ныне страдающих отцов надеждой на Свой праведный Суд, перед которым все земные неправды рассыплются в прах. И пусть свет Вифлеемской Звезды озарит наши семьи, укрепит сердца отцов, вернет им утраченное достоинство и благословение. И пусть по молитвам святых отец, праведного Иосифа Обручника и вмц. Анастасии Узорешительницы, Господь исцелит нашу землю от язвы принудительной безотцовщины, обратит сердца детей к их отцам, оправдает невиновных и возвратит нам мужественных отцов, способных, как древние патриархи, передавать своим детям огонь веры и любви к Богу.

Священник Вячеслав Клюев.

n Источник: Официальная группа Глазовской епархии:
https://vk.com/wall-77906142_20653