Сегодня Православная Церковь прославляет память преподобномученицы Великой княгини Елисаветы и всех святых, в шахте Алапаевской 18 июля 1918 года умученных. В этой хрупкой женщине, благодатью Божией ставшей тверже адаманта, явлен нам образ Самого Христа. Перед нами открывается великая тайна Божественной любви, победившей ненависть, и тайна христианского мужества, перед которым бледнеет сама смерть.

Страшная пропасть разверзлась в те годы, после клятвопреступного заговора против Помазанника Божия — Православного Царя, Императора Всероссийского Николая Александровича и последовавшего затем государственного переворота, когда власть захватили воинствующие богоборцы. С одной стороны — бездна ненависти, озверения, разнузданная стихия разрушения. Это — лик палачей, которые в зверином оскале своей злобы готовы были сбрасывать беззащитных людей в ледяную тьму рудника, добивая их гранатами и брёвнами. С другой стороны — свет, исходящий из самой тьмы. Это лики святых новомучеников и исповедников Церкви Русской, лик святой Елисаветы, которая, умирая в шахте рудника, раздирала свой апостольник, чтобы перевязать раны ближних, и из глубины физических мучений воссылала к Богу хвалебные песнопения.

Нам, живущим в двадцать первом веке, часто кажется, что та эпоха богоборчества далека и похоронена в архивных папках. Но дух богоборчества жив и сегодня, просто он рядится в иные одежды — одежды внешнего благополучия, циничного равнодушия или агрессивного безверия. И потому житие этих святых — это не просто хрестоматия для назидания, это насущный хлеб для нашей оскудевающей веры, это горящий светильник, который мы должны пронести сквозь мрак собственной жизни.

Вглядимся же пристальнее в путь той, кого ныне величает Церковь Христова. По рождению лютеранка, принцесса Гессен-Дармштадтская Элла, Елисавета Феодоровна, при желании, могла всю жизнь ею и оставаться: каноны того времени предписывали обязательный переход в Православие только тем членам августейшей фамилии, которые имели отношение к престолонаследию, а муж Елисаветы, Великий князь Сергий Александрович, наследником престола не являлся. Однако на седьмом году брака Елисавета принимает решение стать православной. И делает это не «из-за мужа», не по политическому расчёту, а по собственному сердечному изволению, по зову благодати, коснувшейся её души.

В письме к своему отцу, Людвигу IV, Великому герцогу Гессенскому и Прирейнскому, от 1 января 1891 года, она пишет эти удивительные, исполненные духовной зрелости слова:

«Я решилась на этот шаг только по глубокой вере, и я чувствую, что пред Богом я должна предстать с чистым и верующим сердцем. Как было бы просто — оставаться так, как теперь, но тогда как лицемерно, как фальшиво это бы было, и как я могу лгать всем — притворяясь, что я протестантка во всех внешних обрядах, когда моя душа принадлежит полностью религии здесь. Я думала и думала глубоко обо всём этом, находясь в этой стране уже более шести лет, и зная, что религия «найдена». Даже по-славянски я понимаю почти всё, хотя никогда не учила этот язык. Ты говоришь, что внешний блеск церкви очаровал меня. В этом ты ошибаешься. Ничто внешнее не привлекает меня — и не богослужение, — но основа веры. Внешние признаки только напоминают мне о внутреннем…»

Вот он, выбор чистой души: не обряд ради обряда, не традиция ради традиции, а живое предстояние Богу. Она искала Истину и обрела Её в Православии, и этот выбор стал фундаментом всех её последующих подвигов.

Крестный путь Великой княгини начался в горниле страшного личного горя. 4 февраля 1905 года громом среди ясного неба стал взрыв, разметавший карету её мужа, генерал-губернатора Москвы, Великого князя Сергия Александровича. Террорист Каляев, как хищный зверь, метнул бомбу в человека, и жизнь княгини разделилась на «до» и «после». Услышав взрыв, прогремевший недалеко от губернаторского дворца, Елисавета Феодоровна выбежала на улицу и стала собирать с московской мостовой разорванное на куски тело мужа. Потом долго молилась.

И здесь, в этой точке разорванного сердца, совершается чудо, которое поражает мир до сих пор. Спустя непродолжительное время она идёт в тюрьму к убийце. Она не проклинает его. Она не требует для него от Бога и от Царя казней египетских. Она, сквозь слёзы и боль, говорит ему, убийце, о прощении. Около двадцати минут Великая княгиня милостиво беседовала с ним, а затем обратилась к нему со словами, которые навсегда остались в истории как свидетельство силы духа: «Зная доброе сердце покойного, я прощаю Вас». Она благословила его и оставила ему Евангелие и иконку. Более того, оставляя за порогом своей камеры боль разбитого сердца, она идёт к Императору, мужу своей родной сестры, и ходатайствует о помиловании своего врага!

Что движет обычным человеком в такой момент? Горечь, боль, жажда возмездия, желание видеть врага поверженным и уничтоженным. Но перед нами — не обычный человек. Перед нами — настоящая христианка, обретшая в Православии полноту истины. Сам Господь наш Иисус Христос, будучи распинаем на кресте, молился за своих мучителей: «Отче! прости им, ибо не ведают, что творят» (Лк. 23:34). И святая, уподобляясь своему Божественному Учителю, повторяет этот подвиг всепрощающей любви. Мы часто произносим слова молитвы «Отче наш»: «…и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим». Но понимаем ли мы всю небесную высоту этой заповеди? В Нагорной проповеди Господь говорит нам: «А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5:44). Елисавета Феодоровна не просто простила формально. Она приняла убийцу как больного, заблудшего ближнего. Она видела в нём не врага, а душу, которую нужно спасти, за которую распялся Христос. Она понимала евангельскую истину, что зло побеждается только добром, а ненависть — только любовью. И этот поступок был не эмоциональным порывом, а плодом глубокой веры.

Именно это событие, это невероятное напряжение духа, сломало в ней всё земное и возвело на крест иноческого образа жизни. Апостол Павел в Послании к Римлянам наставляет: «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь» (Рим. 12:19). Елисавета Феодоровна не искала мести — она предоставила суд Богу, а сама избрала путь любви и служения. Если мир с его ложными ценностями дошёл до такого безумия, этому миру необходимы принципиально иные, живые примеры. Через четыре года после гибели мужа, в 1909 году, Елисавета Феодоровна продала своё имущество и драгоценности, отдав в казну ту часть, которая принадлежала дому Романовых, а на вырученные деньги основала в Москве Марфо-Мариинскую обитель милосердия, приняв в ней монашеский постриг и став её настоятельницей. Она оделась в простую одежду сестры милосердия, и мир увидел, что истинное благородство — не в титулах, а в смирении перед страданием.

Главной заботой сестёр обители был уход за больными, помощь беспризорникам и детям из семей, которые не могли дать им хоть какое-то образование. Настоятельница сама обходила самые бедные из московских трущоб — Хитров рынок и другие «дна» города, — чтобы найти детей, нуждающихся в помощи. В обители располагалась столовая для бедняков, лечебницы и даже аптека, где большая часть лекарств раздавалась нуждающимся бесплатно. В годы Первой мировой войны в обители ухаживали за ранеными русскими солдатами и за военнопленными. Результатом трудов и забот настоятельницы Марфо-Мариинской обители стало появление в России нового направления социальной помощи — изготовление протезов для увечных воинов. Первый протезный завод был построен при активном участии Великой княгини в 1916 году, и это было делом её рук и сердца, возвращавшим людям возможность жить полноценной жизнью после покалечившей их войны.

День за днём Елисавета Феодоровна приносила всю себя в жертву тем, кто не мог ответить ей тем же. Великосветская красавица преобразилась в святую ещё при жизни. Она сделала свой выбор: она стала на сторону Бога, а не на сторону человеческого правосудия, замешанного на гневе и самоправедности. Не словами, не одним эмоциональным поступком, а всей последующей своей жизнью явила она, что прощение — это не слабость, а самая большая сила, которая только есть во вселенной. Ибо истинно силён только тот, кто при помощи Божией может убить в себе гордыню и повторить вслед за Спасителем: «Отче! прости им, ибо не ведают, что творят» (Лк. 23:34).

Но чаша страданий не была допита. В 1917 году революционная стихия богоборчества, как грязная волна, захлестнула Россию. Многие, кто мог, бежали из Отечества, и только это спасло им жизнь. Елисавета Феодоровна осталась. Миллионы наших соотечественников, русских, православных людей, в последовавшие затем десятилетия коммунистической богоборческой Смуты были замучены, запытаны, заморены голодом, убиты, утоплены, расстреляны, зарезаны и заколоты. Кровавая жатва была неисчислима. Но святая не мыслила жизни без обители, без своих сестёр. Ещё до начала этих событий она видела приближение катастрофы, она писала Царю Николаю Александровичу, предупреждая его о том, что «всех нас вот-вот захлестнут огромные волны». Но она не искала спасения в бегстве. Она искала верности Христу.

Её арестовали на третий день Пасхи 1918 года — в самый светлый день года, в Светлую Седмицу, когда мы празднуем победу Христа над смертью, — и увезли в Алапаевск. Вместе с ней оказались верные сёстры обители, близкие родственники последних Романовых: князья Иоанн, Константин, Игорь Константиновичи, юный поэт Владимир Палей, верный управляющий Фёдор Ремез, последовавший за своим благодетелем князем Сергием Михайловичем. Всех их, без суда и следствия, под покровом глухой ночи, повезли к заброшенному руднику.

И вот здесь, в ночь на 18 июля 1918 года, происходит событие, которое потрясает самое время. Их сбрасывали в шахту живыми. Били обухом топора по голове и сталкивали в пропасть. Представьте себе этот ужас: темень, глубина, падение, переломанные кости, шок, предсмертная агония. И среди этого ада — Святая Великая княгиня Елисавета Феодоровна. Она упала на каменный выступ. Рядом с ней лежали другие страдальцы. До последнего своего вздоха она делала то, чему учил Христос: она служила ближнему. Она сняла с головы апостольник — эту ткань, символизирующую её обручение Христу, разорвала его на бинты и перевязала рану князю Иоанну Константиновичу. Она подавала помощь тем, кто был рядом, утирала их слёзы, поддерживала их дух.

А когда палачи, услышав, что кто-то выжил, стали бросать в шахту гранаты и подожгли хворост, из этого дыма и пламени вдруг раздалось пение. Голоса убиваемых воспевали Бога Вышнего, имя Которому — Любовь. Это было свидетельством того, что в этом аду, в этой бездне, нет места отчаянию, потому что Христос победил ад. Смерть перестала быть смертью, став дверью в жизнь вечную. Те, кто хотел уничтожить правду, сами стали свидетелями чуда: некоторые из палачей, слышавшие это пение из-под земли, пришли в ужас и лишились рассудка.

После освобождения Алапаевска войсками Верховного Правителя России Александра Васильевича Колчака тела Алапаевских новомучеников были извлечены из шахты. Затем открылось новое чудо: тело Елисаветы Феодоровны, даже пролежав несколько месяцев, оставалось нетленным, её губы улыбались, а пальцы правой руки были сложены так, будто бы благословляли… Это было видимое знамение, что Господь не оставляет тех, кто предан Ему до конца.

Елисавета Феодоровна ещё при жизни выказывала желание быть упокоенной на Святой земле, в Гефсимании, у места страданий и погребения Спасителя. И в 1920 году тела Великой княгини Елисаветы и её верной келейницы Варвары были вывезены через Китай на Святую Землю и помещены в крипте храма святой равноапостольной Марии Магдалины, где они покоятся и поныне, источая благодать всем, кто с верою притекает к ним. Русская Православная Церковь Заграницей прославила в лике святых новомучеников всех алапаевских страдальцев, а Русская Православная Церковь Московского Патриархата прославила Великую княгиню Елисавету Феодоровну и инокиню Варвару в лике преподобномучениц.

День памяти Алапаевских мучеников ставит каждого из нас перед важнейшим, определяющим выбором. Это выбор между добром и злом, между Христом и духом мира сего, между прощением и местью, между жизнью вечной и тлением греха. Долгие десятилетия народ наш жил в смуте, в мороке. Мы намешали и напутали. Мы ставим в храмах свечи за упокой душ пострадавших и погибших от богоборцев-большевиков, молимся Новомученикам и исповедникам Церкви Русской XX века, а улицы, площади, станции метро, целые регионы и города по всей стране до сих пор носят имена их палачей, а также их идейных вдохновителей, наподобие русофобов Маркса и Энгельса.

Мы прославляем победы русского оружия, христолюбивого российского воинства, и при этом проходим воинскими маршами мимо мавзолея-зиккурата, где покоится мумия того, кто развязал эту кровавую богоборческую бойню в нашей стране. Мы говорим, что хотим жить по правде, но при этом боимся назвать очевидное зло злом. Это духовное шизофреническое состояние — болезнь нашего общества, корень которой лежит в нежелании сделать чистый, бескомпромиссный нравственный выбор.

Но светлый лик преподобномученицы Елисаветы способен исцелить нас от этого морока. Каждому из нас необходимо успеть сделать этот важный выбор. Мы должны понять, что нельзя служить двум господам. Нельзя одновременно целовать Крест Христов и кланяться тем, кто этот Крест попирал. Нельзя почитать святых мучеников и оправдывать их убийц.

Алапаевские мученики учат нас тому, что зло всегда гнусно, подло и трусливо. Оно убивает беззащитных. Оно топчет красоту и святость. Но у зла нет будущего. У зла нет вечности. А у святых, даже умирающих, — есть жизнь, ибо они уже воскресли со Христом во крещении и перешли из смерти в жизнь. И сегодня их души предстоят Престолу Божию, молясь о нас, грешных.

Святая преподобномученице Елисавето! Святые Алапаевские страстотерпцы! Вы, кто видел бездну человеческой злобы и не убоялся её, кто переплавил страдания в молитву, кто победил ненависть силой прощения, — помогите нам! Помогите нам сегодня, в этот час, когда мир снова колеблется от противостояний, когда злоба заливает сердца людей, сохранить Христов мир в душе. Помогите нам прощать врагов наших, не потому что они правы, а потому что мы — дети Божии, призванные к совершенству Отца Небесного. Помогите нам всегда и во всём, в течение всей нашей временной жизни, делать правильный выбор мыслей, слов и поступков — выбор в пользу Света, в пользу Правды, в пользу Жизни Вечной.

Да укрепит нас Господь в этой доброй борьбе, да не угаснет в нас свет веры, зажжённый примером святых — этих путеводных звёзд на небосклоне Царства Божия. И среди них, как одна из самых ярких, негасимых звёзд, сияет для нас преподобномученица Великая княгиня Елисавета Феодоровна! Она ведёт нас за собой — не в земные дворцы и не к мирской славе, но к тому единственному Свету, Который есть Христос, ибо Сам Господь сказал о Себе: «Я есмь свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни» (Ин. 8:12).

Взирая на её подвиг, не устрашимся ни скорбей, ни гонений, ни самой смерти, зная, что смерть уже побеждена Воскресшим Спасителем. «Бодрствуйте, стойте в вере, мужайтесь, тверды будьте», — завещает нам апостол Павел (1 Кор. 16:13). И да будет для нас святая Елисавета живым напоминанием о том, что нет такой ненависти, которую не могла бы превозмочь любовь Христова.

Священник Вячеслав Клюев.

#Елисавета_Феодоровна #Алапаевские_мученики #Священник_Вячеслав_Клюев
n Источник: Официальная группа Глазовской епархии:
https://vk.com/wall-77906142_23817